Приговор Юлии Тимошенко стал беспрецедентным актом сведения счетов между высшими чиновниками. До этого действовало правило, что рука руку моет, а новая власть не трогала прежней, рассчитывая на такой же иммунитет от преследований своих преемников. Осуждение г-жи Тимошенко – это прежде всего декларация намерений г-на Януковича и его окружения править вечно.

Показательна также жестокость приговора. По ст.365 УК обычно назначается один-три года условно. Семь лет – беспрецедентный приговор по такой статье. Взыскание миллиардных убытков в пользу “Нафтогаза” выглядит тем более странно, что за транзит г-жа Тимошенко получила для государства доход больший, чем нынешний президент, который согласился прокачивать газ по себестоимости. И если бы г-жа Тимошенко соблюла все тонкости процедуры, то “Нафтогазу” все равно пришлось бы заключить договор на точно тех же условиях, ибо российская сторона диктовала условия монопольно.

России очень не понравится осуждение г-жи Тимошенко, поскольку оно вносит неуверенность в соглашения с Украиной. Невозможно говорить о долгосрочных инфраструктурных проектах, когда существует практика ареста их авторов. Решение по г-же Тимошенко ставит под вопрос существующие газовые контракты с Россией: если они подписаны незаконно, то и нынешнее правительство не имеет права их выполнять. Суд не решился сказать правительству, как же ему теперь поступать, а уж правительство тем более побоится поднять с г-ном Путиным вопрос о недействительности сделок. Создается глупейшая ситуация, когда автор сделки осужден, а сама она продолжает выполняться, несмотря на признанную судом незаконность.

Вполне возможно, что ВР отменит заключение по статьям г-жи Тимошенко, и она выйдет на свободу с долгом в 200 млн долларов перед “Нафтогазом”, угрозой снова попасть в тюрьму за неуплату “долга” государству и запретом занимать должности.

Правящий режим поставил месть выше собственных экономических интересов. Из России массово ушли иностранные инвесторы после ареста г-на Ходорковского, а в Украине ситуация много хуже: экономический кризис, очень проблемная власть и более высокий статус г-жи Тимошенко. Уже сейчас в Украине остались самые отчаянные – и небольшие – западные инвестиционные фонды. А международная критика карательной акции в отношении бывшего премьера увеличивает политические риски и окажет влияние на снижение кредитного рейтинга Украины.

Иностранные инвестиции прямо влияют на доходы членов режима. Отобрав заводы у прежних владельцев, они не могут их капитализировать, а зачастую не умеют и ими управлять. Им нужны быстро перепродать отобранное имущество. А без присутствия в Украине крупных инвестфондов это практически невозможно. Негативный политический климат осложнит и переговоры с ЕС по льготным пошлинам на экспортируемые олигархами сырьевые продукты.

Президент делает ставку на то, что угрозу западных политиков в связи с Тимошенко окажутся пустой риторикой. Так было с г-ном Ходорковским, но Украина может позволить себе гораздо меньше, чем Россия – как в силу военного (прежде всего, военно-экспортного) потенциала, так и экономической привлекательности. Так было с белорусскими диссидентами – но Украина, в которой экспорт составляет 56% ВВП, не может позволить себе той международной изоляции, в которой оказалась Белоруссия.

Иностранная критика спровоцирует новый виток недовольства населения Украины правящим режимом. В отличие от Белоруссии, в Украине заводы отданы олигархам, и у государства нет ресурсов, чтобы соцвыплатами подкупить население. Правительство теряет поддержку и самого стабильного класса – мелких госслужащих, которые до смерти напуганы имитацией борьбы с коррупцией.

Но большой вопрос, захочет ли Запад оказать на г-на Януковича даже малое, но реальное давление.