Мэр, конечно, не вправе наколоть на груди купола, но с лихвой возмещает это упущение, массово выделяя землю УПЦ МП. Еще когда Труханов был фактическим владельцем фракции ПР в горсовете, УПЦ дали застроить сквер на Тираспольской, парк коммунальной больницы на Лидерсовском и множество других объектов, где нормальным людям в голову не пришло бы строить.

Мэр продолжил помогать московскому патриархату, отведя участок на Химической.

Склонность Труханова к подаркам российскому патриархату объясняется его исключительной набожностью. Он, как и Игорь Марков, реально верит, очень уважает Агафангела и воспринимает помощь УПЦ-МП как очень личный вопрос.

А то, что криминальные замашки никуда не делись, мэр продемонстрировал, вышвырнув с согласительного совета журналиста, снимавшего происходящее на телефон. При этом, само проведение согласительного совета вопиюще нарушает закон, поскольку обсуждение выносимых на сессию горсовета вопросов является прерогативой депутатов. Труханов изобрел некий запрет на съемку “рабочих мероприятий” вопреки прямым нормам закона о доступности публичной информации. При этом, журналиста ограбили, временно забрав у него телефон.

Можно понять нелюбовь сотрудников мэрии к камерам, которые у них больше ассоциируются или с тюремными коридорами, или со средствами оперативно-технических мероприятий, когда на основании скрытой записи их задерживают. Работа нервная, так и на телефонную камеру начинаешь бросаться.

Необходимо, однако, согласиться с мэром, заявившим, что видеосъемка делает из чиновников клоунов. Впрочем, это уж вина не журналиста.