Мы писали, как рассказы руководства ОПЗ о перепроизводстве карбамида и вынужденной остановке направлены на то, чтобы загнать завод в долговую яму и обеспечить бесплатную приватизацию.

Теперь ОПЗ остановил работу из-за прекращения подачи газа. Любопытно, сколько раз в месяц можно останавливать ОПЗ, пока он взорвется.

Но история с газом очень веселая. Тендер на поставку выиграла “Всеукраинская энерго компания” (так пишется) в декабре 2017 года. А еще в ноябре, против компании было возбуждено уголовное дело, что явно ставило под угрозу расчеты за газ, и не могло позволить ей выиграть тендер. Кстати, компания имела и налоговый долг, что прямо исключало возможность ее победы в тендере. И в марте нынешнего года счета поставщика газа были арестованы, что привело к блокировке расчетов и прекращению поставок. Причем, у ОПЗ было полтора месяца на то, чтобы справиться с ситуацией, найдя нового поставщика – но этого никто делать не собирался, ведь завод нужно задавить.

Любопытно, что ВЭК поставляла газ на давальческих условиях – как мы и предполагали. Соответственно, на ОПЗ не мог образоваться непроданный запас карбамида – весь он предназначался в оплату ВЭК. Возможно, из-за уголовного дела ВЭК не могла забрать свой карбамид. Как бы то ни было, заявления руководства ОПЗ о кризисе перепроизводства предсказуемо оказались лживыми.

Кстати, “Всеукраинская энерго компания”, из-за которой остановлен ОПЗ, принадлежит семье луганского бизнесмена Вадима Колесникова. Он достаточно близок к одесской мэрии, чтобы подписать контракт на строительство мусороперерабатывающего завода на городской свалке, которую гражданин РФ Труханов эксплуатирует совместно с Игорем Марковым. А учитывая близость владельца “Одессагаз” к владельцу мэрии, схема бесплатной приватизации ОПЗ все больше напоминает одесский аэропорт.