Даже по меркам судебных решений, позором становится ожидаемое решение по делу сгоревшего лагеря Виктория. Суд, как овца, послушно идет по проторенной продажной прокуратурой тропинке, обильно присыпанной деньгами мэрских убийц.

Обвинения сводятся к отсутствию пожарной сигнализации, эксплуатации лагеря в ее отсутствие, неправильным действиям вожатых, плохо закрывающейся задвижке в комнате. Вот уж, “за деревьями леса не видно”.

Возьмем пример группового нападения: виновны все, но в убийстве виновен только тот, кто нанес смертельный удар. Так и в данном деле, суд обязан был, невзирая на поток передергиваний от следствия, ответить три простых вопроса:

1. Чьи действия привели к пожару?
2. Был ли пожар существенно больше, чем если бы строительство было законным?
3. Можно ли было спасти детей, если бы законными были действия во время пожара?

Директор лагеря и его сброд вожатых виновны по п.3, и то эта вина где-то на грани: они разрешили детям закрывать двери изнутри. Серьезно назвать это составом преступления затруднительно.

Никакие действия директора лагеря не могли спасти детей. Даже если бы пожарных вызвали мгновенно, это не решило бы никаких проблем: за 15 минут, дети, которых не вывели, уже бы задохнулись. И даже если бы пожарные приехали по мгновенному вызову, это не решило бы проблемы отсутствия гидранта, и проблемы вопиющей халатности пожарных, которые сначала долго стояли перед воротами, потом долго искали воду – вместо того, чтобы мгновенно пойти в горящее здание проверять отсутствие там детей. И это не случайность, а типичное поведение пожарных бригад в Одессе, явно грубейшим образом нарушающее инструкцию.

А вот по п.п.1 и 2 виновны только руководители мэрии. Именно они дали указание о запуске лагеря, достоверно зная об отсутствии в нем пожарной сигнализации – из бюджета не выделялись средства на оплату подключения к пульту. Именно они проводили строительство под видом ремонта, что дало возможность построить здание, грубейшим образом нарушающее строительные нормы (двухэтажное деревянное общественное здание, да еще с одним выходом). Именно они изменили проект строительства с каменного здания на деревянное, не проведя экспертизу, которая бы остановила это безумие. Именно они заказали противопожарную пропитку дерева составом, срок годности которого составляет два года. Именно они фальсифицировали тендер, акты выполненных работ и декларации ГАСК.

Оставленный кипятильник – даже если он действительно существовал, а не был подброшен подонками – почти наверняка не вызвал бы жертв в каменном здании. Огонь не охватил бы каменное здание столь быстро, чтобы к моменту приезда пожарных – вовремя или с 15-минутной задержкой – от него остались только горящие развалины. Без всякой сигнализации, в каменном здании было бы время увидеть пожар и вывести детей.

Вне малейшего сомнения, к гибели детей привели именно действия руководства мэрии, а директор лагеря только оказался поблизости, и его действия – аморальные, незаконные, омерзительные – никак не повлияли на судьбу детей, которых мэрская банда разместила в спичечных коробках лагеря.