Много лет назад я развлекался, судясь с украинским парламентом о распространении порнографии. Ни в одной цивилизованной стране этого запрета уже давно нет, а страна православно-социалистически-воровских традиций таким запретом ставит себя на одну доску с Саудовской Аравией и Ираном.

Причем, я подозреваю, что в запрете порнографии основную роль играют как раз воровские традиции. Быков очень умно заметил, что лагерное арго представляет собой последнее прибежище святости в русском языке, с запретными словами и концепциями; кстати, интеллигентный академик Лихачев, сокрушаясь о деградации языка, не заметил этого сегмента.

Теперь хоть заговорили о легализации марихуаны. По сравнению с тем воздухом, которым тут дышат, даже ацетон можно легализовывать.

Существует некий стандарт цивилизованности. Если в человеческих странах разрешены порнография, проституция и марихуана, то запрет их в Украине это не свидетельство более высокой моральности, а феодализм: стремление власти заставить холопов жить по иным моральным стандартам, чем придворные.

Вадим Черный