Одесские милиционеры раскрывают больше преступлений, чем их американские и европейские коллеги. Об этом в ходе пресс-конференции заявил начальник облУВД Одессы Сергей Резников. «Все знатоки и профессионалы знают, что в Европе и Америке хуже показатели, чем у нас», — отметил руководитель милиции.

Попробуем проанализировать, в чем же преимущества сотрудников милиции Одесщины перед детективами США и Европы. И каким образом формируется подобная статистика, и возможно ли вообще их сравнивать.

Для того, чтобы понять уровень подготовки личного состава сотрудников милиции, если кто не сталкивался, довожу до сведения, что у большинства сотрудников уголовного розыска, а именно на них лежит основное бремя раскрытия преступлений, выслуга составляет до 5 лет. Заработная плата лейтенанта милиции, служащего в уголовном розыске, примерно 2000 – 2500 гривен. Социальный пакет для сотрудника милиции отсутствует. Оперативные возможности, а именно – аппаратура, рации, автотранспорт, деньги, выделяемые государством для проведения оперативных закупок, топливо для автотранспорта и т.д. также  отсутствуют.

Возможно ли предположить, что с таким небогатым опытом, как у среднестатистического сотрудника милиции, и при полном отсутствии каких-либо возможностей, которые необходимы для раскрытия преступлений, допустимо сравнение их с коллегами из Европы и Америки? Полагаю, что ответ очевиден.

Уверен в том, что среди правоохранителей есть профессионалы, но это скорее это исключение, чем правило.

По статистике, в декабре прошлого года сотрудники Главного управления милиции в Одесской области раскрыли 800 преступлений, в январе нынешнего года — 678 преступлений, в феврале – 1,090. В марте количество раскрытых преступлений возросло до 1,350. Напомним, что в ГУМВД Украины в Одесской области 10,000 сотрудников.

Одной из главных проблем одесской милиции г-н Резников справедливо считает попытки скрыть преступления и отказать в регистрации заявления, чтобы не портить показатели. После проверки подобных фактов, число регистрируемых преступлений увеличилось на 15%.

Не менее значим и тот факт, что в связи с полным недоверием к действиям правоохранителей, многие кто стал жертвой противоправных действий, попросту не обращаются в милицию. Ведь на самом деле, вернуть похищенное имущество или установить преступника удается крайне редко, а вот быть униженным и потерять время при написании заявления о совершённом преступлении,- заметно чаще. В США и Западной Европе, напротив, регистрируются даже самые мелкие правонарушения, низкая раскрываемость по которым занижает общую статистику.

А теперь о возможности сравнить статистические данные о раскрытии преступлений в Америке или Европе и в Украине.

В общую массу регистрируемых преступлений в Европе и Америке включают и нарушения правил дорожного движения, и телефонные угрозы и ссоры с соседями, и некорректное поведение по отношению к противоположному полу и другим национальностям. Круг уголовной ответственности в США и Европе значительно шире, чем в Украине, и включает мелкие, мало расследуемые правонарушения.

В Европе или Америке преступление считается раскрытым, когда суд признал лицо виновным в совершении преступления, по которому прокурором выдвинуты обвинения. В Украине же – с момента, когда следователь предъявил обвинение лицу в совершении преступления. Бремя доказывания вины в Украины и западных странах совершенно различно. Можно уверенно предположить, что почти каждый украинский обвиняемый был бы оправдан западным судом, который уделяет огромное внимание законности получения доказательств, критически относится к признательным показаниям и на деле толкует все сомнения в пользу обвиняемого. Украинские же суды практически не выносят оправдательных приговоров.

Играет роль и практика предъявления “букетов” обвинений в США и некоторых странах Западной Европы. Смысл в том, что прокуратура добавляет к основному обвинению целый ряд производных статей (например, к делу об угрозах – нарушение правил почтовой переписки), чтобы – есть такое официальное право – договориться с обвиняемым, что он признается по одной-двум статьям в обмен на отказ от обвинения по остальным статьям.

Как и в Украине, на Западе существует сомнительная практика, когда заключенные берут на себя ответственность за нераскрытые преступления. Признание гарантирует им поглощение сроков вместо сложения, поэтому они не усугубляют свою ситуацию и помогают полиции. Но масштабы этой практики в Украине значительно шире, чем на Западе.

Важную роль играет соотношение автоматически раскрываемых и расследуемых преступлений. Дело в том, что целый ряд преступлений (не имеющие жертвы) раскрывается автоматически в момент их обнаружения. Примером может быть хранение незарегистрированного оружия или наркотиков для личного употребления. Чем больше таких автоматически раскрываемых преступлений в общем количестве, тем выше средняя раскрываемость. В Украине доля автоматически раскрываемых преступлений огромна. В США их не только значительно меньше, но они зачастую и не регистрируются. Например, шансы быть задержанным с пакетиком марихуаны близки к нулю.

Логично будет сравнивать сравнимое: например, раскрываемость разбойных нападений. В Одессе она находится на уровне 20% от числа зарегистрированных преступлений, предположительно около 15% от реального числа совершенных преступлений. Кроме того, нередко при регистрации избегают (избегали, если г-ну Резникову удастся воплотить в жизнь свою программу) тяжкой квалификации, прячут разбойные нападения под грабежами, убирают оружие и травмы. В США и Европе раскрываемость разбойных нападений находится на уровне 30-40%. Напомним, при значительно более высоком бремени доказывания.

Нужно обратить внимание на географию преступности. В Европе и США тяжкие преступления сконцентрированы в зонах гетто с социально неблагополучным населением. В Украине же тяжкие преступления совершаются повсеместно.